"Когда известный германский невропатолог Noone, убедившись в действительной пользе гипносуггестивной терапии, стал весьма широко и с большим успехом применять её во время последней европейской войны и пропагандировать этот метод лечения, читая лекции и делая доклады во всех крупных городах Германии – он встретил в начале со стороны врачебных кругов скептицизм, недоверие и упрёки за возврат к мистике И за «варварские закрываются» приемы лечения защитников отчизны. Однако Nonne все-таки интересы больных поставил выше предубежденности общественного мнения, а в это время больным, минуя врачей, пришёл на помощь военный приказ von Kern‘a, каковым была введена гипнотерапия военных госпиталях. Такое отношение врачей к гипносуггестивной терапии понятно. Гипноз И явления, в нём вызываемые, до настоящего времени не были в полной мере разгаданы и научно – экспериментально объяснены, а потому и не было единства мнения, что давала почву для недоверия и отрицание. Но жизнь брала свое, и факты опережали теорию. Как непонимание сущности электричествf не препятствует широкому его использованию, так и недостаточно ясное понимание гипноза не мешало раньше, не мешает и в настоящее время, особенно в Германии, широко применять его как терапевтическая средство. С большим удовлетворением мы можем подчеркнуть, что в освещении явления гипноза мы, населяющие восточную часть Европы, опередили наших западных товарищей по профессии. Гипноз в свете рефлексологии является для нас во всей своей обнаженной ясности, представляясь нам весьма простым и точно определённым явлением в свете рефлексологии является для нас во всей своей обнаженной ясности, представляясь нам весьма простым и точно определённым явлением.

Нельзя не согласиться, что современное учение о высшей нервной деятельности окончательно рассеивает туман, бесконечно долгое время окутывавшую понятие о гипнозе, и в этом мы видим одно из великих завоеваний современной и именно русской науки. Нам теперь становится ясным, что никакого – в прежнем смысле слова – «гипноза» нет, а есть лишь то, что на субъективно –психологическом языке называется внушением. Оно есть лишь известное естественное состояние высшей нервной системы, являющейся одной из обычных форм функциональной приспособляемости мозга к внешнему миру.

В настоящее время вопросы психотерапии и психогенеза ряда разнообразных заболеваний являются вопросами актуальными.

Все больше и больше увеличивающаяся соответствующая литература – иностранная и наша – является объективным доказательством этого, причём вырисовываются все те же прежние течения и направления метода лечения у различных исследователей при защите тем или иным из них одного метода в ущерб остальным.

Знакомясь с новой литературой, невольно приближаешься к выводу, что едва ли скоро будут окончательно разрешены сложные вопросы психоневрозов и психиатрии. Субъективное – психологический подход, на котором зиждется огромная часть современной литературы по этим вопросам, мало подает надежд на быстрое согласование мнений взглядов на процессы нормальной и патологической деятельности высшей нервной системы. Связанная же с этим полная неясность в понимании механизма психических явлений весьма затрудняет правильное освещение их, чем и обуславливается ложность шагов и выводов, делаемых в других направлениях. Это особенно сказывается на уяснение понятия о «внушении», «внушаемости» и тесно связанного сними так называемого «гипноза». Нельзя не отметить, что внушение и дериват его гипноз всегда больше, чем какой бы то ни было другой психотерапевтический метод, имел широкое распространение, всегда привлекая и продолжая все больше и больше привлекать на свою сторону сторонников, несмотря на препятствия, встречающиеся на путях его развития. С этим явлением как фактом необходимо считаться. Очевидно, в этом методе заложена более здоровое во многих отношениях ядро, чем это кажется, лишь отсутствие правильного представления и понимания механизма процесса внушения и развития гипнотического состояние позволяет делать ложные и весьма далёкие действительности выводы в суждениях о внушение и гипнозе вплоть до категорического и совершенно неосновательного отрицание этого вида психотерапии. От этого страдают и больные, и врачебная совесть лечащего.

Новейшая германская литература о внушении и гипнозе лишь приумножает давно известные факты, но не дает ничего нового в освещении вопроса. Да и не сделает она этого, пока не сойдёт с субъективно-психологической точки зрения и не выйдет на путь настоящей физиологии (Павлов), resp. рефлексологии (Бехтерев). «Мистика», «загадочность», «таинственность», «постоянная пассивная подчиненность гипнотизёру», «порабощение», «обезболивание», «игра на невежестве больного», «временный успех», и другие понятия и страшные для некоторых термины, совершенно не соответствующие действительности и связываемые с гипнозом и внушением, - все это должно отпасть у того, кто станет на современную восточно-европейскую научную точку зрения вопросе о механизме наших так называемых «психических» процессов.

Нам кажется, что не будет преувеличением, если мы позволим себе сказать: кто не усвоил себе «настоящей» физиологии мозга, тот не может надеяться на правильное суждение о «гипнозе» и о всём, что связано с ним. Без этого рефлексологического, физиологического подхода нет и не может быть правильного подхода ни к изучению генеза неврозов, ни к их терапии, а посему все современные зарубежные точки зрения на внушение и на гипноз требуют коренного изменения и пересмотра, а в связи с этим пересмотра и переоценки всех психотерапевтических методов.

Излагаемая нами в дальнейшем является лишь попыткой вкратце, не вдаваясь в детали, подойти к объяснению явлений внушения и гипноза с современной физиологической точки зрения и указать на их терапевтическую ценность. Мой личный опыт и наблюдения над прочностью и длительностью полученных положительных результатов там, где они могут иметь место при суггестиотерапии, и, наконец, последние наблюдения моих сотрудников никогда не заставит меня отказаться от рационального пользования внушаемостью больного, этим важнейшим ингредиентам наших высших нервных процессов.

Если меня вынуждали делать это пока лишь опыт и наблюдения, то рефлексологическая точка зрения окончательно укрепила меня в решении неуклонно применять этот метод в соответствующих случаях.

Отнюдь не отрицая необходимости и целесообразности применения, где нужно, и других видов психотерапии, я своим опытом искренне хочу прийти на помощь как практикам – товарищем по профессии, так и той, скажу без преувеличения, массе больных, которая может получить облегчение и исцеление лишь на основаниях, изложенных на этих страницах. Серьезными геологами и психотерапевтами за последние десятилетия внесено столько нового и полезного методику применения внушения и гипноза, что только полное незнакомство с деталями вопроса позволяет противникам гипносуггестивной терапии высказывать старые истины, не имеющие под собой современной научной базы. Наука не стоит на месте, она движется неустанно вперёд, бросая новый свет в тёмные уголки неразгаданного. Её же бросаются яркие лучи света и в область «таинственного гипноза», и нам необходимо идти за ними во имя блага страждущих, помогая им в борьбе с недугами.

Да и естественно – научным исследователям, теоретикам, хочется сказать: не отворачивайтесь от так называемого «гипноза», не бойтесь его, подойдите к нему поближе, присмотритесь к нему. Он поможет вам открыть широчайшие горизонты в области биологических исследований и объяснит многое из того, что до сих пор кажется непонятным, а подчас является и неизвестным.

Если в Германии нужно было вмешательство военной власти для оказания больным помощи гипнотерапией, то нам хочется чтобы у нас осознание необходимости применения этого метода лечения диктовалось не железной военной рукой, а внутренним к нему влечением, выросшим на научных данных, согретым любовью к больному и искренним стремлением прийти ему на помощь, то есть тем, что является главнейшей основой психотерапии всех видов и что главным образом и обеспечивает ее успех.

Вступительное слово к книге Константина Ивановича Платонова «Гипноз и внушение в практической медицине».